Политика

Предтечи Мизулиной: гомофобные законопроекты депутатов Райкова и Чуева (2002 – 2009 годы)

Отмена уголовного наказания за гомосексуальность исторически, как правило, сопровождалось попыткой консерваторов взять реванш, отыгравшись на правах только что декриминализированного меньшинства. Обычно это выражалось в попытках каким-либо образом ограничить свободу выражения гомосексуалов или как-либо поразить их в правах.

Так, например, отмена уголовного наказания за гомосексуальность в Австрии в 1970-х годах сопровождалось повышением возраста согласия для гомосексуалов, а также принятием закона о запрете так называемой «рекламы гомосексуальности».

Один из наиболее известных консервативно-гомофобных «откатов» такого рода была статья 28 закона о местном самоуправлении в Великобритании, принятая консервативным правительством Маргарет Тэтчер в 1980-х годах. Она запрещала что-либо говорить в школах о гомосексуальности, чтобы предотвратить ее «пропаганду».

Со временем (как правило, со сменой политических эпох в истории этих государств) подобные гомофобные законы отменялись. Так, в 2003 году, правительство лейбористов во главе с Тони Блэром отменило статью 28. В остальных государствах также был уравнен возраст согласия для гомосексуалов и отменены любые дискриминационные нормы в отношении ЛГБТ.

Россия исторически сейчас находится на том уровне, на котором находились Австрия 1970-х годов или Великобритания времен тэтчеризма: гомосексуальность уже не считается преступлением, но остается серьезной социальной стигмой. Наш аналог гомофобного реванша – это «закон Мизулиной», запрещающий «пропаганду нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних, фактически лишающий ЛГБТ-сообщество свободы выражения.

Однако попытки взять «гомофобный реванш» происходили в российской политике задолго до 2013 года, когда был принят закон Мизулиной. Самые известные из них были связаны с именами депутатов Государственной Думы Геннадия Райкова и Александра Чуева.

Геннадий Райков: посадить геев на 5 лет

23 апреля 2002 года депутат Госдумы РФ Геннадий Райков внес в парламент законопроект, восстанавливавший уголовное наказание за гомосексуальность (мужеложство), существовавшее в советские времена. Законопроект определял мужеложство (или педерастию) как «противоестественное удовлетворение половой потребности мужчины с мужчиной», и предполагал наказание за него лишением свободы на срок от 1 до 5 лет.

Райков был лидером право-популистской Народной партии. В парламенте он возглавлял депутатскую группу «Народный депутат». Представители этой группы Гаджи Махачев, Зелимхан Муцоев и Вадим Булавинов (впоследствии мэр Нижнего Новгорода) также поставили свои подписи под законодательной инициативой своего лидера.

Законопроект Райкова вызвал бурную реакцию в СМИ и среди ЛГБТ-активистов. Либеральное и либертарное движение «Российские радикалы», поддерживавшее права сексуальных меньшинств, даже провело акцию возле входа в Госдуму: радикалы во главе с Николаем Храмовым пришли к дверям парламента в тюремных робах, а Райкову в подарок они передали флаг со свастикой – напоминание о преследовании геев нацистами.

Фото с Андреем Вульфом, который пришел поддержать акцию "Российских радикалов" против законопроекта Райкова у здания Госдумы
Фото с Андреем Вульфом, который пришел поддержать акцию "Российских радикалов" против законопроекта Райкова у здания Госдумы
гей-лесби
Фото с Николаем Храмовым, лидером "Российских радикалов"

Политолог Леонид Радзиховский резко критиковал «народников» Райкова в своей статье «Вместо идеологии», опубликованной в «Российской газете» в сентябре 2003 года: «Все это «угрюм-бурчание» создает гораздо более полный эрзац идеологической жизни. И Народная партия — этот лидер идеологического безвременья, заполняет образовавшуюся пустоту смачными «мужицкими» ответами. Кто виноват? Глобализм, т.е. попросту США. Что делать? Бороться с насилием на экране, гомосексуализмом — в жизни, доминированием Москвы — в России, а вообще-то — смертную казнь вводить».

Впрочем, консервативная пресса, наоборот, приветствовала инициативу Райкова. Вот что писала «Правда.ру» в статье «Голубое сало: преступники или жертвы?», опубликованной 24.09.2003: «В прошлом году «Народная партия» Геннадия Райкова предлагала ввести уголовное преследование гомосексуализма, но тут же вся просвещённая общественность, защитники прав человека и прочая либеральная шелупонь подняла вой о нарушении международных обязательств России и прав граждан внутри страны, а именно, прав граждан с нетрадиционной сексуальной ориентацией».

Законопроект Райкова пролежал «под сукном» в Госдуме целых два года. За это время «народник» Вадим Булавинов ушел из депутатов на пост мэра Нижнего Новгорода. Геннадий Райков переизбрался в новую Госдуму в 2004 году, хотя и вошел теперь во фракцию «Единая Россия». Народная партия также сменила своего лидера – им стал Геннадий Гудков.

Однако 1 апреля 2004 года стало известно, что Комитет Госдумы по гражданскому, уголовному, процессуальному и арбитражному законодательству рекомендовал депутатам отклонить инициативу Райкова.

Глава Комитета Павел Крашенинников (в прошлом – министр юстиции) заявил, что восстановление уголовного наказания противоречит Конституции РФ, которая гарантирует неприкосновенность частной жизни и личной и семейной тайны граждан.

Решающее голосование по гомофобному законопроекту состоялось почти 2 месяца спустя: 28 мая 2004 года парламент отклонил предложение Райкова. За него проголосовали 58 депутатов, при необходимом минимуме в 226 голоса. Подавляющее большинство депутатов вообще не приняли участие в голосовании. Лишь 34 депутата проголосовал против законопроекта Райкова, 1 — воздержался.

По данным «Газеты.ру», из 450 депутатов участие в голосовании приняли 93 человека. За уголовное наказание проголосовали 50 коммунистов, 7 единороссов и 1 член фракции «Родина». 33 единоросса были против. Воздержался депутат-коммунист Сергей Собко. Фракция ЛДПР в полном составе не голосовала. 15 независимых депутатов вообще не голосовали.

Райков сам представлял и защищал свой законопроект с трибуны Госдумы: «По этому поводу есть нормальный анекдот. Когда динозавр предлагал динозаврихе размножаться, он ушел к динозавру. И вымерли они. Это разврат, милые мои. Хотите вы или не хотите. Но это действительно разврат», — цитировал его слова телеканал ТВЦ 28.05.2004.

По его словам, с отменой уголовной ответственности за однополые контакты «открылся семафор для всех этих явлений, а в соответствие с Конституцией госорганы должны пресекать все это и защищать нравственность граждан», — передавало РИА «Новости» в тот день.

«Я предлагаю закрыть всю публичность этого явления на улицах, в клубах и везде», — добавил Райков (цитата по: «Газета.ру», статья «Депутатов потянуло на противоестественное», 28.05.2004).

А вот какой тирадой в Госдуме разразился лидер ЛДПР Владимир Жириновский: «Этот проект, по-моему, имеет эпохальное значение и представляется депутатами от партии, имеющей большинство, и надеюсь, мы все проголосуем. Самое главное, что это как бы идет в рамках послания президента России. Сегодня, в День пограничника, мы как бы установим границу для морального разложения нашего общества. Нам надо будет поставить приборы ночного видения во всех спальнях, во всех кроватях. Ну, и потом уголовное наказание этого слишком мало от 1 до 5 лет, я думаю, пожизненное заключение или даже смертная казнь» (цитата по: ТВЦ, программа «События», 29.05.2004).

Оппонировал Райкову заместитель председателя Комитета Госдумы по законодательству Петр Шелищ, сославшийся на Конституцию РФ в части прав на неприкосновенность частной жизни, личной и семейной тайны.

Примечательно, что с подачи фракции «Единая Россия» депутаты решили голосовать без обсуждения такой «щекотливой» темы.

«Газета.ру» также приводила слова одного из помощников Райкова по итогам такого провального голосования: «Оказалось, что в Думе 58 настоящих мужиков, 34 пассивных гомика и 1 бисексуал». Это же издание процитировало слова Райкова в ответ на провал своей инициативы: «Вот те, кто не принял участие в голосовании, заняли позицию страуса: спрятали от проблемы голову в песок и выставили что? Правильно, задницы».

Любопытно, что в тогдашней полемике депутаты Шелищ и Райков оба использовали ссылку на Конституцию РФ: один, утверждая, что государство не может ограничивать частную свободу граждан, а другой – что может это делать для «защиты нравственности». Время показало, что в конечном итоге победила «конституционная логика» Райкова: именно со ссылкой на этот раздел Конституции (статья 55, пункт 3) Конституционный суд РФ во главе с Валерием Зорькиным оправдал впоследствии запрет «гей-пропаганды».

Со временем Геннадий Райков ушел из Госдумы, став членом Центральной избирательной комиссии РФ, и уже практически никак не упоминался в информационном и политическом пространстве страны.

Александр Чуев: уволить всех гей-пропагандистов

15 сентября 2003 года депутат Государственной Думы РФ Александр Чуев (фракция «Родина») внес законопроект об уголовном наказании за пропаганду однополых отношений.

гомосексуализма
Александр Чуев

Чуев предлагал дополнить Уголовный кодекс России статьей 242.1 «Пропаганда гомосексуализма» и написать в ней: «Пропаганда гомосексуализма, содержащаяся в публичном выступлении, публично демонстрирующимся произведении или средствах массовой информации, в том числе выражающаяся в публичной демонстрации гомосексуального образа жизни и гомосексуальной ориентации наказывается лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок от двух до пяти лет».

Чуев пояснял свою инициативу в интервью «Газете.ру»: «Если на телеэкране появляется гомосексуальная пара, которая рассказывает, как это классно и как хорошо они дружат и общаются – это уже недозволенная пропаганда».

Депутат от консервативно-популистского блока «Родина» и убежденный христианский консерватор, Чуев обосновывал свою инициативу радением о детях, демографической ситуации и чувствах верующих граждан. В интервью изданию «РБК Daily» он говорил: «Мы не собираемся ущемлять права людей нетрадиционной ориентации, но сложившаяся ситуация затрагивает и детей, и подростков, и верующих. Она разрушает традиционные нормальные семьи, снижает рождаемость, оказывает негативное влияние на чувства верующих. Надо защитить от этого общество, и ограничение на профессию в данном случае будет мерой защиты, которой мы хотим остановить вовлечение людей в гомосексуальный образ жизни. Если же эти люди будут скрывать свою ориентацию, это нормально».

Следовательно, задача Чуева, как и в случае с законом Мизулиной, состояла в том, чтобы уничтожить свободу выражения и видимость ЛГБТ в России. На самом деле, инициатива Чуева была естественной консервативной реакцией на первые проявления открытости гомосексуального сообщества в России начала 2000-х годов, в том числе на их общественную деятельность и присутствие в СМИ.

Вот что говорилось в сопроводительной записке к законопроекту Чуева: «Пропаганда гомосексуализма привела в современной России массовый размах Пропаганда эта ведется как через средства массовой информации, так и через активное внедрение в образовательных учреждениях учебных программ, пропагандирующих гомосексуализм как норму проведения. Особенно опасной является такая пропаганда для детей и для молодежи, еще не способных критически отнестись к этой лавине пропаганды, которая обрушивается на них каждый день. Тем более опасной становится такая пропаганда, когда ее ведут сами преподаватели». Как видим, риторика была идентична тому, что провозглашает закон Мизулиной: злобные гомосексуалы пытаются совратить неокрепшие души детей.

«В связи с этим необходимо оградить общество, в первую очередь подрастающее поколение, от воздействия гомосексуальной пропаганды, эту цель и преследует настоящий законопроект. Законопроектом предусматривается уголовная ответственность не за сам факт гомосексуальной ориентации человека, а за активную пропаганду гомосексуализма. В связи с этим предлагаемая статья Уголовного кодекса относится к главе 25 УК РФ (Преступления против здоровья населения и общественной нравственности), а не к главе 18 (Преступления против половой неприкосновенности и свободы личности)», — говорилось в записке Чуева к законопроекту.

«В связи с этим и наказание не предполагает лишения виновного свободы или наложения на него штрафа, но ставит своей целью лишение осужденного возможности продолжать свою гомосексуальную пропаганду с использованием его служебного положения. Не отказывая никому в основных правах на жизнь, уважение личного достоинства и участие в общественных делах, проект закона устанавливает, что лица, пропагандирующие гомосексуальных образ жизни, не должны допускаться к определенным видам деятельности или к определенным должностям, под которыми понимаются преподавательская, воспитательная и иная работа среди детей и молодежи, а также занятие начальственных должностей и положение в армии и исправительных учреждениях», — говорилось в заключение чуевской записки.

 

Итак, в отличие от законопроекта Райкова, который просто предлагал вернуть тюремное наказание за гомосексуальный контакт, законопроект выглядел более «вегетарианским» и ограничивался лишь введением запрета на профессию в ряде сфер деятельности, в первую очередь, в образовании. С другой стороны, в отличие от закона Мизулиной, он предполагал введение уголовного наказания, вместо административных штрафов, которые предусмотрены сейчас за «пропаганду нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних». Мы видим некое промежуточное явление между советской уголовной репрессией и российской административной стигмой.

Своими корнями этот промежуточный запрет открытости гомосексуалов уходил в «Основы социальной концепции Русской православной церкви», проводником интересов которой был депутат Чуев. В этой концепции, в частности, говорилось:

«Церковь осуждает всякую пропаганду гомосексуализма. Не отказывая никому в основных правах на жизнь, уважение личного достоинства и участие в общественных делах, Церковь полагает, что лица, пропагандирующие гомосексуальный образ жизни, не должны допускаться к преподавательской, воспитательной и иной работе среди детей и молодежи, а также занимать начальственное положение в армии и исправительных учреждениях». Как видим, совпадение с пояснительной запиской Чуева дословное.

ЛГБТ-активисты того времени восприняли инициативу Чуева именно как производную от консервативной идеологии РПЦ. Об этом писал в своей статье лидер движения «Форум прав» Сергей Дмитриев в газете «GayTimes» от 30 сентября 2003 года в статье «Национальная беда России: пьяницы, дураки, дороги … и некоторые депутаты».

Дмитриев утверждал, что «за неимением других, более значимых законопроектов для страны, депутаты  их политических объединения разыгрывают «голубую» карту в предвыборной гонке».

Гей-активист был уверен, что законопроект Чуева, как и предыдущая инициатива Райкова, не будет принят по следующим причинам:

«1) Законопроект входит в противоречие с Европейской конвенцией о правах человека, многими принятыми международными соглашениями и резолюциями ООН.

2) Законопроект противоречит национальному Российском законодательству – Конституции РФ, Трудовому кодексу РФ, Федеральному закону «О средствах массовой информации» и другим законодательным актам».

Российские СМИ, в целом, скептически и настороженно восприняли инициативу Чуева, видя в ней желание ограничить свободу слова. «В случае принятия законопроекта главными жертвами борьбы за нравственность, как обычно, станут СМИ — пресса, телевидение и радио», — писал еженедельник «КоммерсантЪ ВЛАСТЬ» в статье «Тройная мораль» от 22.09.2003.

«Гомосексуалистов хотят заставить не высовываться. Лишиться работы рискуют геи, активно выступающие за нетрадиционный секс. По словам думских моралистов, людям, предпочитающим однополую любовь, общаться никто не запретит. Но вот пропагандировать ее нельзя. Геи будут спать спокойно до тех пор, пока не заявят о своей гомосексуальности», — писала газета «Московский Комсомолец» 22.09.2003.

Впрочем, консервативные пропагандисты приветствовали инициативу Чуева: «Принятие данного положения если и не исправит в корне существующие положение вещей, то, по крайней, хоть в какой-то степени оградит молодое поколение от льющейся на них грязи» («Правда.ру», 24.09.2003, «Голубое сало: преступники или жертвы?»).

27 апреля 2004 года законопроект Чуева был снят с рассмотрения Госдумой по формальным причинам в связи с отсутствием требуемых по закону официальных отзывов Правительства Российской Федерации и Верховного Суда Российской Федерации.

21 июня 2006 года, уже в составе новой Государственный Думы, Александр Чуев, перешедший во фракцию «Справедливой России», внес новый законопроект, посвященный уголовному наказанию за «пропаганду» гомосексуальности. Он назывался «О внесении дополнений в Уголовный Кодекс Российской Федерации, направленных на введение ответственности за пропаганду гомосексуализма».

Вот как Чуев предлагал наказывать гомосексуалов за их открытость (цитата из текста законопроекта, опубликованного на официальном сайте депутата):

«Статья 1. Дополнить Уголовный кодекс Российской Федерации (Собрании законодательства Российской Федерации от 17 июня 1996 г. N 25 ст. 2954, в «Российской газете» от 18 (ст.ст. 1-96), 19 (ст.ст. 97-200), 20 (ст.ст. 201-265), 25 (ст.ст. 266-360) июня 1996 г. N 113, 114, 115, 118) статьей 242.2 следующего содержания:

«Статья 242.2. Пропаганда гомосексуализма.

Пропаганда гомосексуализма, содержащаяся в публичном выступлении, публично демонстрирующемся произведении или средствах массовой информации, в том числе выражающаяся в публичной демонстрации гомосексуального образа жизни и гомосексуальной ориентации наказывается лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок от двух до пяти лет.

Статья 2. Настоящий Федеральный закон вступает в силу со дня его официального опубликования» (http://www.chuev.org/zakon/0006.html).

На этом же сайте была опубликована «Пояснительная записка к проекту Федерального закона «О внесении дополнений в Уголовный Кодекс Российской Федерации, направленных на введение ответственности за пропаганду гомосексуализма»».

«Пропаганда гомосексуализма приняла в современной России самый широкий размах. Пропаганда эта ведется как через средства массовой информации, так и через активное внедрение в образовательных учреждениях учебных программ, пропагандирующих гомосексуализм как норму поведения. Особенно опасной является такая пропаганда для детей и молодежи, еще не способных критически отнестись к той лавине пропаганды, которая обрушивается на них каждый день. Тем более опасной становится такая пропаганда, когда ее ведут сами преподаватели», — говорилось в пояснительной записке.

«В связи с этим необходимо оградить общество, в первую очередь подрастающее поколение, от воздействия гомосексуальной пропаганды, эту цель и преследует настоящий законопроект. Законопроектом предусматривается уголовную ответственность не за сам факт гомосексуальной ориентации человека, а за активную пропаганду гомосексуализма. В связи с этим предлагаемая статья Уголовного кодекса относится к главе 25 УК РФ (Преступления против здоровья населения и общественной нравственности), а не к главе 18 (Преступления против половой неприкосновенности и свободы личности)», — утверждал Чуев в обосновании своего законопроекта.

«В связи с этим и наказание не предполагает лишения виновного свободы или наложения на него штрафа, но ставит своей целью лишение осужденного возможности продолжать свою гомосексуальную пропаганду с использованием его служебного положения. Не отказывая никому в основных правах на жизнь, уважение личного достоинства и участие в общественных делах, проект закона устанавливает, что лица, пропагандирующие гомосексуальный образ жизни, не должны допускаться к определенным видам деятельности или к определенным должностям, под которыми понимаются преподавательская, воспитательная и иная работа среди детей и молодежи, а также занятие начальственных должностей и положение в армии и исправительных учреждениях», — делал вывод гомофоб.

В своем комментарии газете «Новые известия» 22.06.2006 Чуев утверждал, что с помощью своего законопроекта хочет «наложить на гомосексуальную пропаганду те ограничения, которые есть у нас в отношении наркомании, терроризма, экстремизма и порнографии».

«При этом «речь идет не о том, что нельзя говорить о гомосексуалистах или давать о них информацию». Запрещено будет эту информацию смаковать, «в подробностях показывать, какие бывают гомосексуалисты, как они живут, какие у них взаимоотношения, и все подобное». По словам депутата, законопроект направлен на защиту детей, потому что «если ребенок будет видеть, что гомосексуализм – это хорошо, то есть опасность, что он захочет это попробовать. Бывает, и на взрослых влияет, но в меньшей степени»», — говорилось в статье «Новых известий» «За пропаганду гомосексуализма хотят наказывать отстранением от работы».

Издание обратилось за комментарием к академику Игорю Кону, который раскритиковал инициативу Чуева. «Ученый-сексолог Игорь Кон, в свою очередь, убежден, что пропаганда гомосексуализма на выбор или смену сексуальной ориентации не влияет. «Сексуальная ориентация имеет природные предпосылки», и «не следует думать, что люди ее меняют в зависимости от того, какие им покажут примеры», – сообщил он «НИ». По словам ученого, «быть сексуальным меньшинством везде плохо и невыгодно». Ссылки на защиту детей также не оправданы, так как «все дети сегодня знают, что существует такая вещь». Более того, для мальчиков-подростков обычно характерна неприязнь к гомосексуалистам», — говорилось в статье.

Правительство РФ дало отрицательный отзыв на законопроект Чуева, ссылаясь на то, что понятие «пропаганда гомосексуализма» отсутствует в российском законодательстве.

Однако Александр Чуев был убежден, что, даже если Госдума отвергнет его инициативу, он все равно победит: «Они отклонят мой законопроект, а потом увидят, что проблема имеет социальное значение, и будут сами его вносить от своего имени». Как видим, мрачное пророчество гомофоба со временем сбылось.

«Но вопрос должен быть поставлен. Пусть потом этой идеей воспользуется «Единая Россия», я не против», — говорил Чуев в интервью «Агентству национальных новостей» (Annews.ru, 22.06.2006, «За пропаганду гомосексуализма можно будет лишиться работы»).

В 2007 году Александр Чуев проиграл выборы в Государственную Думу от партии «Справедливая Россия». С тех пор он больше не появлялся в федеральном депутатском корпусе. Однако его законопроект пролежал в Госдуме вплоть до мая 2009 года.

8 мая 2009 года Госдума отклонила инициативу Чуева об уголовном наказании за «пропаганду» гомосексуальности. Профильный Комитет по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству дал свое отрицательное заключение.

Первый зампредседателя Комитета Владимир Груздев («Единая Россия») заявил, что «гомосексуализм не относится к общественно опасным деяниям». «Такая проблема существует, но эта проблема должна регулироваться не в уголовном, а, возможно, в административном законодательстве», — заявил он (Росбалт, 08.05.2009, http://www.rosbalt.ru/2009/05/08/639409.html).

Эти слова Груздева (впоследствии – губернатора Тульской области) являются ключевыми для понимания последующего развития событий. Партия власти («Единая Россия») ни в коем случае не хотела вводить какое-либо уголовное наказание в отношении гомосексуалов (пусть даже и в облегченном, чуевском варианте). Однако уже в 2009 году она была готова воспользоваться идеей Чуева, но лишь в административном законодательстве, то есть стигматизировав открытую гомосексуальность как административное правонарушение, что и было сделано законом Мизулиной в 2013 году.

Представители фракции ЛДПР в Госдуме Игорь Лебедев (сын Владимира Жириновского) и Максим Рохмистров заявили, что «обсуждаемая проблема «реально существует», и необходимо поставить заслон пропаганде гомосексуализма, в том числе с телеэкранов» (Росбалт, 08.05.2009, http://www.rosbalt.ru/2009/05/08/639409.html).

Также за установление ответственности за «пропаганду гомосексуализма» выступили представители фракции КПРФ Нина Останина и Николай Коломийцев.

Итак, Александр Чуев вплотную подошел к запрету «пропаганды нетрадиционных сексуальных отношений», действующему в России с 2013 года. Партию власти смутило лишь его предложение о введении уголовного запрета. Однако перенос дискриминационной нормы в плоскость административных правонарушений позволил «Единой России» проголосовать за закон Мизулиной.

Более того, представители власти, включая Владимира Путина, делали и продолжают делать заявления о том, что никакой дискриминации гомосексуалов в России не существует, по сути, отождествляя уголовное наказание за гомосексуальные связи с дискриминацией ЛГБТ. Следуя такой логике, можно утверждать: действительно, в России нет дискриминации геев, ведь нет их уголовного наказания.

Между тем, дискриминация может выражаться, даже не будучи прописанной в уголовном законодательстве, но присутствуя в других юридических нормах или – что очень характерно для России – в правоприменительной практике в отношении гомосексуалов (отказ полиции, прокуратуры и судов защищать права ЛГБТ-граждан), а также просто на бытовом уровне: в трудовой деятельности, в сфере образования, в семейной жизни.

При этом очевидно, что понятие дискриминации намного шире понятия уголовного наказания, которое является лишь ее разновидностью – самой крайней и репрессивной. Приняв закон Мизулиной, власти как бы умыли руки: отклонив в свое время законопроекты Райкова и Чуева, они, в сущности, полностью следовали дискриминационной логике этих депутатов. Но при этом они уверены, что их не в чем упрекнуть: уголовного преследования гомосексуалов в России до сих пор не существует.

Автор: Николай Баев

lgbtru.com

There are no comments yet